Читая роман Л. Леонова «Русский лес», обращаем внимание на абзац, в котором два пацана размечтались найти клад, а потом пошло рассуждение, что лучше всего купить. Демидка, будущий куркуль и обдирала, предлагает Ванюшке, будущему главному герою книги, купить каждому по тройке коней, да еще с бубенцами... — Зачем тебе? — усомнился Иван. — Чего, ямщиками станем! Знаешь, сколько с купцов за лихую езду дерут? Летось нашему Ганьке один спьяну-то перстень с камнем отвалил, а отец хоть бы словом попрекнул Ганьку-т-то! — А камень? — Что камень?.. В потемках огнем горит, хоть прикуривай. — Побожись! — С места не встать, сам видел. На ночь в крынку от воров прячет.

Ни в одном минералогическом учебнике нет даже упоминаний о редких камнях, которые бы сами по себе светились без всякого воздействия со стороны. Ныне известно несколько десятков минералов, способных светиться при внешнем воздействии — под давлением, трением, теплом, светом, рентгеновскими лучами, гамма-излучением, при химических реакциях. Такое свечение называется флюоресценцией, термолюминесцеицией, триболюминесценцией и прочими люминесценциями. А тут камень светится сам, да так, что прятать надо. 

Информацию о редких камнях можно найти в  трактате Бируни «Собрание сведений для познания драгоценностей», относящийся к 1035 году, в котором есть сообщение о редком камне, который без всяких внешних воздействий светится ночью. «И рассказал ас-Сирафи со слов ал-Лаххама, что Абу Бишр ас-Сирафи однажды ночью был у своего дяди на Сарандибе; и вот принесли они камень для перстня — красный яхонт, который он клал на строки книги, чтобы читать ее. Рассказчик удивлялся этому, так как полагал, что это происходит в ночной темноте и что светил сам прозрачный камень, не получая света, который падал бы на него от какого-либо светильника».

Отсюда ясно, что речь идет не о флюорите и не о люминесценции, потому что к классу яхонтов относились минералы тверже стали и стекла, а флюорит мягок. Кроме того, флюорит светится при нагревании, а здесь не говорится об этом. Яхонтом мог оказаться рубин, а также любая красная шпинель, гранаты, турмалин, какой-то неизвестный или забытый минерал. В рассказе разговор идет о каком-то другом свечении, не связанном с внешним воздействием на минерал. Следовательно, это был самосветящийся в ночи минерал либо тогда был известен какой-то иной способ возбуждения свечения, что мало вероятно.

В древнерусском сказании «Об индейском царстве» упоминается светящийся редкий камень карфункулюс, или кар макаул. Здесь разгадка очень проста: «анфракс»— слово греческое; а «карбункул» или «карфункул»— слова латинские, но означают одно и то же — уголь, уголек, который светится в костре или домашнем очаге. Н. Я. Бичурин в переводах из древних хроник, повествующих о Западном крае (перевод гл. 118 из книги Хонханожу), приводит сведения о минералах, известных в 140—87 гг. до н. э. в Римской империи, которую китайские хронисты называют Дацинь. «В недрах земли (Дацинь), — пишет хронист, — много золота, серебра и дорогих камней. Есть светящийся в ночи камень, опаловый жемчуг, носорог, пугающий куриц, красный коралл, желтый янтарь, цветные стекла, мрамор, киноварь, изумрудный нефрит...» Подчеркнем, что здесь светится не киноварь, так как она особо упоминается вместе со светящимся камнем.

Китайский монах Сюань Цзан (602—664 гг. н. э.) писал, что «на крыше Пагоды Священного Зуба Будды на Сарандибе была стела с камнем огромной ценности, который назывался падмараджа. Этот камень постоянно излучал яркое сияние. Тот, кто днем или ночью смотрел в него издали, принимал его за сверкающую звезду». Падмараджа — это по-индийски и цейлонски означает рубин, а Сарандиб — Цейлон. Архимандрит Палладий (Посол России в Китае, в миру П. И. Кафаров) в книге «Путешествие даосского монаха Чан-Чуня на запад» тоже упоминает этот светящийся камень. В начале XVII века в Риме еще видели перстень, который не только поражал ослепительным сверканием, но и мог возжечь табак в трубке. Слава этого перстня была огромной, его загадку пытались разгадать многие.

Известный физик Жак Бержье в очень любопытной книге «Промышленный шпионаж» (М.: изд-во Международные отношения, 1971, с. 41) рассказал такую историю. Англичанин сэр Джон Эвелин в начале XVII века находился в Риме. Он вел дневник, и в этом дневнике есть запись, что к нему обратился какой-то человек с предложением продать чудо. Далее цитируем Ж. Бержье: «Неизвестный показал ему перстень, в гнезде которого светилась чрезвычайно яркая точка. Этой светящейся точкой неизвестный запалил трубку Джона Эвелина. Затем назначил цену. Эвелин хотел поторговаться, но незнакомец сухо возразил: «Милорд, я никогда не торгуюсь», — и скрылся в толпе. Найти его Эвелину уже не удалось. Однако же я бьюсь об заклад, что никому не удастся, даже используя радиоактивные изотопы, включить в гнездо перстня источник тепла, которым можно было бы запалить трубку! Сигарету — может быть, но не трубку, которая требует более высокой температуры».